Родители осуществляют контрактные платежи за образование своих детей. Университет же должен дать ответ о том, где и в каких условиях он обучает студентов, как гарантирует их право на получение образования. Но в ситуации вокруг Навоийского инновационного университета ответов именно на такие вопросы нет.
Претензии, скопившиеся вокруг Навоийского инновационного университета, действующего в Навоийской области, уже вышли за рамки простых бытовых или внутренних организационных проблем. В обращениях, отправленных от имени родителей, студентов и сотрудников университета, поставлены серьезные вопросы относительно правового статуса учебных корпусов, материально-технической базы, условий труда преподавателей, финансовой деятельности, возможного конфликта интересов в руководстве и результатов проверок, проведенных государственными органами.
Самый тревожный аспект заключается в том, что в различных обращениях говорится об обучении около 12–14 тысяч студентов. Их точное количество должно быть проверено на основе официальных данных. Но цифра 12 тысяч, 13 тысяч или 14 тысяч — здесь речь идет о судьбе тысяч молодых людей. Они не должны сталкиваться с перебоями в учебном процессе в результате организационных и финансовых решений руководства университета.
Министерство назначило проверку, но без результатов?
Среди предоставленных документов имеется письмо бывшего Министерства высшего образования, науки и инноваций от 24 апреля 2026 года. В нем сообщается, что в связи с поступившими в министерство обращениями был принят приказ министра за номером 156, и на основании этого приказа 27–29 апреля 2026 года деятельность ООО «Навоийский инновационный университет» определено изучить в соответствии с программой проверки.
Значит, претензии по поводу деятельности университета уже доводились до сведения уполномоченного государственного органа и было назначено официальное изучение.
Однако, по словам родителей и заявителей, и после этого поднятые ими проблемы не нашли своего решения. Если проверка проводилась, то каков был ее результат? Какие недостатки были выявлены? Какие указания даны руководству университета? Были ли они выполнены?
Для ответа на эти вопросы общественности необходимо предоставить официальные документы: акт проверки, итоговую справку и сведения о принятых мерах.
В противном случае само письмо о назначении проверки не означает, что проблема решена. Цель государственного контроля — не назначение изучения на бумаге, а устранение выявленных правонарушений и защита прав граждан.
Блок А, блок С и условия, созданные для студентов
Одна из основных претензий в обращениях связана с материально-технической базой и учебными корпусами университета. На представленных фотографиях запечатлены здание, указанное как корпус А университета, и отдельное здание, обозначенное как блок С. В коллаже, где показан блок С, он также обозначен как «автошкола».
В обращениях родителей и студентов выражены сомнения по поводу того, что университет организует некоторые занятия в юридическом техникуме, автошколе и других зданиях, и отражены ли эти адреса в лицензии и других разрешительных документах.
Здесь нужно внести ясность в один вопрос: внешний вид зданий не доказывает, организован ли в них учебный процесс законно или незаконно. Для этого необходимо сопоставить указанные в лицензии университета адреса учебы, кадастровые документы, договоры аренды и действующий учебный процесс.
Вместе с тем была предоставлена информация о том, что подвальную часть блока А во время дождей заливает водой. Если этот факт подтвердится, должно быть отдельно проверено, в каких целях используется подвал, проводятся ли там занятия или находятся ли там студенты, а также соблюдаются ли требования электро- и санитарной безопасности.
Перед руководством университета ставится простой вопрос: имеется ли инфраструктура, достаточная, безопасная и отвечающая установленным требованиям для обучения тысяч студентов?
Что показывают документы по аренде государственного имущества?
Еще один важный предоставленный документ — письмо Навоийского областного территориального управления Центра эффективного использования объектов государственного имущества при Агентстве по управлению государственными активами от 25 мая 2026 года.
В нем отмечается, что на основании постановления Президента от 8 сентября 2025 года за № ПП-278 здание государственного учреждения «Навоийский юридический техникум» перешло к инженерной школе в городе Навои.
Также указано, что Агентство специализированных образовательных учреждений при Министерстве дошкольного и школьного образования обратилось с письмом от 15 апреля 2026 года. А Центр госимущества попросил университет подписать документы о расторжении договоров аренды, направленных через систему онлайн-аренды.
Этот документ показывает, что в арендных отношениях, касающихся объектов государственного имущества, которыми пользовался университет, произошли изменения. Однако само письмо не подтверждает, что договоры фактически расторгнуты или здание освобождено.
Поэтому возникает несколько важных вопросов: по какому зданию должен был быть расторгнут договор аренды? Действительно ли договор расторгнут? Если расторгнут, то на каком правовом основании университет пользовался этим зданием в дальнейшем? Самое главное, как эти изменения повлияли на учебный процесс студентов?
Любые правовые изменения в вопросе использования государственного имущества должны планироваться заблаговременно и не должны наносить ущерб праву студентов на получение образования.
Где учатся 14 тысяч студентов?
Одна из самых серьезных озабоченностей в обращениях — это утверждения о том, что учебных корпусов университета недостаточно, и между количеством студентов и имеющейся инфраструктурой существует несоразмерность.
В обращении родителей в некоторых сведениях говорится, что количество студентов составляет около 14 тысяч человек. В другом обращении речь идет о более чем 12 тысячах студентов. В экстренном обращении, направленном от имени коллектива университета, отмечается, что в учреждении обучается около 13 тысяч молодых людей, трудятся более 300 профессорско-преподавательских кадров и сотрудников.
Эта разница в цифрах также должна быть проверена отдельно. Сколько фактически студентов в университете? Сколько из них учатся на дневной, заочной или в другой форме обучения? По какому адресу организован учебный процесс по каждому направлению образования? Соответствует ли вместимость зданий количеству студентов?
В обращении также приведена информация о том, что 5 октября 2026 года первокурсники были вызваны одновременно, некоторым занятия не проводились или они были перенаправлены в другие места из-за нехватки аудиторий. Данные обстоятельства также должны быть проверены через данные системы HEMIS, расписания занятий, вместимость аудиторий и показания студентов.
Если в университете действительно обучается около 14 тысяч студентов, аудитории, лаборатории, библиотека, санитарные условия и другая инфраструктура, необходимая для их обучения, должны быть на должном уровне.
Это не вопрос на усмотрение руководства университета. Это обязанность, связанная с законным правом студентов на получение образования.
Серьезные утверждения о финансовой деятельности и конфликте интересов
В новом экстренном обращении, направленном от имени коллектива университета Президенту и ряду уполномоченных государственных органов, выдвинуты серьезные обвинения и в отношении финансовой деятельности.
Авторы обращения утверждают, что в период прежней работы генерального директора университета Эльдёста Рахмонова в системе министерства и в процессе оформления лицензии университету мог иметь место конфликт интересов. Они также попросили провести независимый аудит финансовых операций, контрактных платежей, налоговых обязательств и расходования денежных средств в университете.
В обращении приведено утверждение о том, что за последние четыре года за счет контрактных платежей студентов в университет поступало более 150 миллиардов сумов в год, а в общей сложности — около 500–600 миллиардов сумов. Наряду с этим высказаны тяжелые обвинения об обналичивании денежных средств через субъекты, оказывающие фальшивые услуги, уклонении от уплаты налогов и присвоении средств.
В обращении также написано, что на должности внутреннего аудита и контроля были назначены близкие родственники, знакомые и сокурсники руководителя, на сотрудников, выражавших возражения, оказывалось давление, и они были безосновательно уволены.
Конечно, ни одно из этих утверждений нельзя оценивать как доказанное преступление без проверки. Однако и просто опровергать их нельзя. Особенно в то время, когда речь идет о средствах по контракту, уплаченных тысячами студентов, и финансовой прозрачности учебного заведения.
По этой причине финансовая деятельность университета за 2022–2026 годы, операции по банковским счетам, поступления по контрактам, расходы, выплаты на строительство и аренду, сделки с организациями, оказывающими услуги, должны быть проверены независимо и беспристрастно.
Если средства были израсходованы законно, результаты аудита это покажут. Если имеются правонарушения, им должна быть дана правовая оценка.
Трудовые права преподавателей также под вопросом
В обращениях также выражены претензии по поводу учебной нагрузки и условий труда профессорско-преподавательского состава. В частности, приведены сведения о том, что некоторым преподавателям на одну ставку была возложена аудиторная нагрузка до 650–800 часов, имеются проблемы с заработной платой и дополнительными выплатами, а сотрудникам, выражавшим несогласие, угрожали увольнением.
Эти цифры и обстоятельства должны быть проверены посредством трудовых договоров, тарификационных документов, расписаний занятий, табелей учета рабочего времени и ведомостей заработной платы.
Если сами преподаватели, ответственные за качество образования в университете, работают в условиях, когда их трудовые права не защищены, это может негативно отразиться и на учебном процессе.
Есть вопросы, на которые нужно ответить до продолжения нового приема
Авторы обращения попросили также приостановить процесс приема новых студентов на 2026–2027 учебный год. По их мнению, продолжение нового приема в то время, когда даже для имеющихся студентов не решен вопрос со зданиями и условиями, может еще больше усугубить проблему в будущем.
К этой претензии нужно отнестись серьезно. Поскольку новый прием — это не просто прием платы по контрактам от абитуриентов. Это принятие университетом новых обязательств, обучение их на основе установленных образовательных программ, обеспечение необходимыми аудиториями и преподавателями.
Руководство университета перед продолжением нового приема обязано предоставить общественности четкую информацию о том, как организовано обучение имеющихся студентов, о правовом статусе зданий и учебной вместимости.
Если образование нынешних студентов не обеспечено в полной мере, каково обоснование увеличения ответственности путем приема еще и новых абитуриентов?
Министерство сменилось, но проблема не должна оставаться прежней
Предыдущие обращения направлялись в Министерство высшего образования, науки и инноваций. Сейчас же министерство реорганизовано, и ответственность в сфере образования и науки перешла к новому министерству.
Поэтому данный вопрос должен быть взят под особый контроль и новым руководством — Министерством образования и науки. От руководителя министерства Эркинжона Турдимова ожидается не общий и основанный на формализме ответ на претензии вокруг университета, а четкая позиция, подкрепленная документами.
Если в апреле была назначена проверка, должен быть обнародован ее результат, если в мае было отправлено письмо по аренде госсобственности, должна быть сообщена дальнейшая судьба договоров, должны быть предоставлены официальные цифры по количеству студентов и вместимости учебных корпусов.
Вопрос не должен ограничиваться лишь комментариями руководства университета. Здесь есть тесно связанные друг с другом вопросы, касающиеся качества образования, государственного имущества, финансовой прозрачности и прав тысяч молодых людей.
EFFECT.UZ просит дать официальный комментарий и раскрыть документы
В связи с вышеуказанными обстоятельствами просим следующие ведомства дать официальную позицию и комментарий с документами:
Министерство образования и науки — о действующей лицензии университета, адресах обучения, количестве студентов, вместимости учебных корпусов, результатах изучения, проведенного 27–29 апреля, и выявленных недостатках;
Агентство по управлению государственными активами — об объектах государственного имущества, использованных университетом, договорах аренды и их расторжении;
Налоговые органы — о том, проводилась ли проверка в рамках закона в отношении финансовых оборотов и налоговых обязательств, приведенных в обращении;
Агентство по противодействию коррупции — по утверждениям, связанным с возможным конфликтом интересов в руководстве и кадровыми назначениями;
Генеральная прокуратура — по вопросу дачи правовой оценки финансовым правонарушениям, использованию государственного имущества и другим обстоятельствам, приведенным в обращениях.
Также просим руководство университета дать открытые и основанные на документах ответы на все вопросы. Прежде всего, студентам нужен четкий ответ: где, в каких условиях и на каком правовом основании они продолжат получать образование?
Около 14 тысяч студентов — это не просто статистика. Каждый из них пришел в университет с доверием, средствами и планами на будущее своих родителей. Их право на получение образования не должно стать жертвой организационных ошибок руководства, возможных финансовых проблем или нерешенных отношений по государственному имуществу.
Руководство университета не должно забывать об одном: право принимать плату по контрактам от студентов идет рука об руку с обязанностью давать им качественное и законное образование. Если нет возможности выполнить эту обязанность, нельзя перекладывать ее последствия на плечи студентов и родителей.
Учебное заведение несет ответственность за будущее тысяч молодых людей. А то, как руководство университета выполняет эту ответственность — это теперь уже не просто внутренний вопрос, а вопрос, требующий внимания общественности и государственного контроля.
